Церковь Николы Белого: вновь западный след

Храм Николая Чудотворца, памятник федерального значения и объект культурного наследия ЮНЕСКО, находится в северной части Софийской стороны, близ Зверина монастыря с одной стороны и церкви Петра и Павла в Кожевниках с другой.
В древности недалеко, к востоку от него, располагался Лазарев монастырь с каменной церковью св. Лазаря XV века и деревянной трапезной с храмом XVI столетия. Однако каменная Лазаревская церковь была разобрана в 1859 году и ныне о ней напоминают лишь законсервированные фундаменты и информационный щит. Вообще эта территория интересна концентрацией церковных построек за пределами городского вала.

 

Никольский храм не избалован вниманием исследователей и не включается в учебники по истории русской архитектуры. Однако значение его для развития новгородского зодчества очень велико. Долгое время датировка храма определялась неверно, поскольку существовала путаница в источниках, а дошедший до нас памятник был не изучен. Можно сказать, для науки он был открыт сравнительно недавно, в 1960-х годах, а научная публикация, определяющая его место в истории новгородской архитектуры, появилась только в 1991 году.

 

Начало

Летопись сообщает, что в 1312 году «владыка Давыд заложи церковь камену в Неревьскомь конци, на своем дворищи, во имя святого отца Николы», а на следующий год «священа бысть церкы каменая святого Николы… и створи в неи вседеньную службу, и черньци совъкупи» (то есть одновременно был основан мужской монастырь). Заложенные при реставрации шурфы показали, что храм действительно основан на территории жилого двора (что бывало крайне редко), выявлены остатки печи, керамика, зола. Первоначально церковь была расписана фресками, но к настоящему времени уцелели лишь незначительные фрагменты.
Николо-Бельский монастырь являлся одним из наиболее влиятельных в Новгороде. По мнению академика В.Л. Янина, он выполнял функцию Неревского кончанского монастыря, то есть был главным в одном из пяти концов (частей города). В XV веке игумен этой обители Иона был избран новгородским архиепископом и известен многими важными деяниями. 
Храм неоднократно перестраивался (до семи крупных перестроек), поэтому представлялся поздним и не привлекал к себе особого внимания. Честь открытия памятника для науки принадлежит Григорию Михайловичу Штендеру, который в 1960-х годах тщательно его исследовал и провел цикл реставрационных работ. Были выявлены почти все первоначальные формы, определены особенности постройки, установлено ее место в эволюции новгородского зодчества, здание введено в научный оборот. Реставратор отмечал в своей статье, что «редко можно встретить памятник архитектуры, оказавший огромное влияние на последующее развитие архитектуры своего региона и в то же время так мало привлекавший к себе внимание исследователей». Нужно особо отметить, что построек первой трети XIV века в России сохранилось крайне мало (имеется еще только собор Рождества Богородицы Снетогорского монастыря во Пскове 1310 года), и новгородский памятник является редким представителем этого периода.

Архитектурный эксперимент

Внутренний интерьерКак мы помним, период с 1207 до 1360 года – это время поисков и экспериментов в новгородской архитектуре при отсутствии общепризнанного канона, образца для строителей. Церковь Николы Белого является ярким примером этого «экспериментального» периода.
Облик ее довольно необычен. В первую очередь бросаются в глаза некоторая приземистость основного объема, заметный наклон стен к центру, пирамидальное расположение окон и восьмискатное покрытие храма. Почти все эти особенности появились здесь впервые, только наклонные стены и похожее размещение окон ранее мы встречали в храме Рождества Богородицы в Перыни. Уже из этого видно, что зодчий искал новый образ церковного здания. Первоначально к средним лопаткам западного фасада примыкал небольшой каменный притвор, что характерно для новгородского зодчества.
Строители продолжили здесь также «иноземную» тему, начатую в церкви Николы на Липне: на фасадах и в интерьере можно видеть немало элементов западного происхождения. Прежде всего обращают на себя внимание перспективные порталы с «готическим» (стрельчатым) завершением. Стена вокруг южного и северного порталов несколько толще, сливается с лопатками, а выше наклонным уступом приобретает обычную толщину. Это готический прием, позволяющий увеличить количество профилей портала.
В интерьере в восточной стене размещены две большие ниши, имеющие стрельчатое завершение. Наконец, самое главное новшество – пологое восьмискатное покрытие – главный знаток памятника Г.М. Штендер предположительно также относит к готической традиции. Следует заметить, что подобная форма кровли весьма функциональна, надежна и дешева в изготовлении. В целом нужно отметить, что иноземные формы занимают здесь (впрочем, как и в других новгородских постройках) подчиненное, второстепенное положение, играют роль неких «экзотических украшений» при сохранении целостного образа православного храма. В то же время во Пскове, у нашего ближайшего соседа, не прослеживается никаких западных деталей в архитектуре. Все это, видимо, свидетельствует о теснейших торговых связях Новгорода с Ганзой.

Почему Белый?

В декоративном отношении памятник по-новгородски скуп. Самая яркая деталь декора – многолопастные арки в завершении фасадов. Считается, что это переработанная новгородцами «ползучая аркатура», которую мы видели в церкви Николы на Липне. В дальнейшем этот элемент станет неотъемлемой частью новгородского храма. Войдут также в арсенал мастеров готические порталы. Наклон стен к центру больше использоваться не будет. Восьмискатное покрытие получит распространение значительно позднее, в XVI веке. Карниз апсиды украшен поясом поребрика (выступающего ребром кирпича), который здесь применен впервые и в дальнейшем войдет в употребление. В древности фасады имели белую известковую обмазку, в отличие от других храмов, имевших открытую фактуру кладки красно-розового цвета или сероватую штукатурку. С этим Г.М. Штендер связывает необычное название памятника – Никола Белый. 
Внутренняя структура храма в целом традиционна: квадратные опорные столбы, полуциркульные арки и своды. В западной части вверху располагались изолированные каморы в углах, в одной из которых, вероятно, размещался придел. Эти каморы были связаны деревянным переходом (хорами), подняться туда можно было по деревянной лестнице в юго-западном углу (как в храмах в Перыни и на Липне). Необычны богослужебные ниши в восточных углах, решенные как широкие заглубления стрельчатого очертания.

Изменения облика

В конце XV века (по другой версии – в конце XVI века) основной объем был разделен на два этажа деревянным перекрытием, а с северной стороны был пристроен каменный наружный придел в честь апостолов Петра и Павла. Через столетие храм был значительно перестроен: разобраны и возведены вновь барабан, арки, своды, западные столбы. Восьмискатное покрытие при этом было повторено. Памятник серьезно пострадал в период шведской оккупации в начале XVII века и после ухода шведов, вероятно, долго не использовался. Примерно в конце этого века вместо деревянной сделана в камне паперть северного придела. В середине XIX столетия радикально перестроены все объемы храма: надложены углы основного объема и сделана стандартная четырехскатная кровля, заложено большинство древних окон, вместо них устроены большие окна с наличниками в русском стиле, изменены порталы. В результате оказались скрытыми все черты древности и своеобразия памятника.
Начало реставрации 1963 г.В XVI веке игуменом Ильей в Николо-Бельском монастыре поставлен второй каменный храм – во имя Ильи Пророка (в честь его небесного покровителя). Искусствовед Л.А. Секретарь полагает, что первоначально этот храм был надвратным, а позднее сооружен на новом месте с примыкающей к нему трапезной палатой. К концу XVII века монастырь обеднел и был приписан к Архиерейскому дому, здесь была основана общественная больница, а позднее – «русская» церковная школа. В 1764 году обитель была упразднена (как и большинство других небольших монастырей), церковь Ильи Пророка разобрана, а обращенный в приходский Никольский храм приписан к соседнему Зверину монастырю. Позднее вокруг него образовался комплекс жилых и хозяйственных каменных корпусов, которые в перестроенном виде сохранились до наших дней. Образовался как бы сдвоенный монастырь.

Новейшая история

Современный видВ годы Великой Отечественной войны катастрофических разрушений церковь не получила, но были утрачены глава, кровли, перекрытия, заполнения проемов. В 1940-х годах памятник был отремонтирован и использовался под склад. Исследования и реставрационные работы проведены под руководством Г.М. Штендера в 1963-1965 годах. Это была взвешенная, тактичная, результативная реставрация. Большинство древних форм памятника были раскрыты, а там, где они не уцелели, были сохранены элементы более поздних перестроек (XVI-XVII веков): барабан, покрытие, столбы. Декор XIX столетия в псевдорусском стиле удален (но оставлен на фасадах поздней паперти).
В 2000-х годах была проведена повторная реставрация под руководством архитектора  Г.М. Кулаковой. На новом уровне выполнены комплексные исследования, которые уточнили время и характер некоторых перестроек, более объемно представили эволюцию архитектурного облика постройки в течение веков.
Крупных изменений в привычном образе храма не последовало: были раскрыты и восстановлены отдельные элементы (некоторые окна, барабан придела), которые по тем или иным причинам не были реставрированы Г.М. Штендером. Ныне работы закончены и храм производит хорошее впечатление.
В окружающих церковь корпусах располагается Дом народного творчества и подобное использование бывшего монастыря весьма удачно сочетается с древней архитектурой. В подцерковье самого храма располагается база реконструкторов, то есть людей, увлеченных воссозданием древнерусского быта – одежды, оружия, промыслов. В помещениях церкви и придела развернута интересная выставка, рассказывающая об истории Николо-Бельского монастыря и храма, его исследованиях и реставрации, а также об истории новгородского ремесла на данной территории. Уверен, что реальное знакомство с этим древним памятником станет ярким и запоминающимся событием для любого посетителя, сохранившего увлеченность и свежесть восприятия.

Владимир ЯДРЫШНИКОВ